Мошенничество в сфере недвижимости судебная практика

Мошенничество в сфере недвижимости судебная практика

Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, части 5-7 статьи 159 УК РФ

Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, части 5-7 статьи 159 УК РФ Настоящий материал подготовлен на основании норм действующего уголовного закона с учетом сложившейся судебной, а также личной практики автора – адвоката Павла Домкина. Публикация не является юридической консультацией и руководством для принятия самостоятельных процессуальных решений. При возникновении правовых вопросов рекомендуется получить соответствующую консультацию у специалиста в области уголовного судопроизводства В соответствии с Федеральным законом от 03.07.2020 №323-ФЗ с 15 июля 2020 года в число уголовно-наказуемых деяний возвращена противоправная деятельность, связанная с совершением мошеннических действий в сфере предпринимательской деятельности. Действующая редакция статьи 159 УК РФ дополнена частями 5, 6 и 7.

Поправки к закону не являются новшеством для отрасли уголовного судопроизводства, поскольку ещё в 2012 году в Уголовный кодекс РФ была введена специализированная статья 159.4 УК РФ.

Позднее, во исполнение Постановления Конституционного Суда РФ от 11.12.2014 №32-П указанная статья утратила юридическую силу. Новая редакция уголовная закона по существу является идентичной ранее отменной статье 159.4 УК РФ, в период действия которой правоохранительные органы и судебные инстанции сформировали обширную практику её применения.

Из новшеств закона стоит отметить, что отныне уголовная ответственность за мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности наступает, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации . Ранее закон не содержал такой дефиниции и в подавляющем большинстве уголовных дел потерпевшими лицами выступали физические лица. Другая особенность новой редакции закона состоит в том, что для инициации уголовного преследования минимальный порог ущерба, возникшего вследствие преднамеренного неисполнения договорных обязательств между юридическими лицами ( индивидуальными предпринимателями ), должен составлять не менее десяти тысяч рублей.

Автор материала сознательно отстраняется от полемики — кем и в каких целях будет применяться подобная редакция статьи, позволяющая, к примеру, как минимум обеспечить контрагенту неоднократные встречи с представителями правоохранительных органов, в случае просрочки платежа на сумму более 10 тыс.руб. Предлагаем затронуть вопросы правильного применения уголовного закона в указанной части, а также вопросы рисков привлечения к уголовной ответственности для представителей деловой среды.

Поскольку статья «Мошенничество» согласно судебной статистике является одним из наиболее распространенных преступлений, в юридическом сообществе статья реализуется достаточно единообразно и не вызывает особых дискуссий о правильности её применения при отправлении правосудия. Рассмотрим лишь отличительные особенности уголовной ответственности в сфере предпринимательской деятельности.

Согласно ч.5 ст. 159 УК РФ уголовно-наказуемым деянием признается мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности. Как следует из диспозиции названной нормы обязательным, неотъемлемым, подлежащим установлению и доказыванию, является признак преднамеренности неисполнения договорных обязательств. В судебной практике под преднамеренным неисполнением договорных обязательств понимается то обстоятельство, что лицо, выступающее представителем организации или предпринимателя ( либо сам предприниматель ), изначально ( в момент вступления в договорные отношения ) не намерено выполнять обязательство по возврату или оплате имущества, рассчитывая противозаконно завладеть им.

При этом лицо сознает, что своим действиями оно причинит ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Исходя из изложенного, рассматривая вопрос о возбуждении уголовного дела правоохранительные органы должны обладать достоверными, достаточными сведениями и фактами, что на момент оформления договорных обязательств, подозреваемое лицо не имело намерения их исполнять.

Рекомендуем прочесть:  Процедур оценки рисков

По понятным причинам узнать о внутренних намерениях и убеждениях лица на тот или иной момент времени невозможно. Учитывая это, доказательствами преднамеренности на практике выступают фактические данные и сведения: о платежеспособности юридического лица, в том числе о наличии крупных внешних заимствований; о наличии технической, ресурсной возможности выполнения договора ( в том числе в виде наличия штата специалистов ); о наличии у организации опыта по реализации идентичных сделок и о продолжительности существования юридического лица; о принятии предпринимателем реальных действий и шагов, направленных на исполнение договорных обязательств и т.п.

Обратимся к вопросу о том, кто может быть привлечен к уголовной ответственности за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности.

Согласно п.1 ст.2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке .

Учитывая названное положение гражданского закона судебная практика определила, что лицом, привлекаемым к уголовной ответственности ( субъектом ) по части 5, 6, 7 статьи 159 УК может быть: собственник предприятия ( организации ); руководитель ( директор и т.п. ); индивидуальный предприниматель; уполномоченные представители вышеуказанных лиц. Таким образом, к уголовной ответственности по части 5, 6, 7 статьи 159 УК РФ может быть привлечено лишь лицо, «статус» которого оформлен в установленном законом порядке.

Если же преступная деятельность по хищению денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием, осуществляемая под видом предпринимательской либо иной легальной деятельности ( незарегистрированным и/или неуполномоченным лицом ), она не может быть квалифицирована как совершенная в сфере предпринимательства.

В судебной практике нередки, так называемые «пограничные случаи», когда противоправные действия совершаются зарегистрированным в законном порядке предпринимателем, но его действия квалифицируются как «обычное» мошенничество.

Рассмотрим конкретный пример судебной практики, когда уполномоченный директор действующей строительной фирмы осужден по ч.4 ст.159 УК РФ, а совершенное им преступление не было признано как совершенное в сфере предпринимательской деятельности. Так, материалами уголовного дела было установлено, что собственник и директор фирмы получал от клиентов предоплату за поставку деревянных срубов дачных строений, при этом фирма не исполняла принятых на себя договорных обязательств. Оценив собранные доказательства, суд пришел к выводу, что незаконные действия осуществлялись директором под видом предпринимательской деятельности и были направлены не на неисполнение договорных обязательств, а на хищение имущества потерпевших.

Свой вывод суд мотивировал следующими обстоятельствами: компания фактически предпринимательской и финансово-хозяйственной деятельностью не занималась; в составе компании отсутствовали соответствующие специалисты в области строительства; заключение договоров с потерпевшими лицами создавало видимость законности преступной деятельности и т.д. Суд пришел к выводу, что компания использовалась директором в качестве инструмента совершения мошеннических действий.

Помимо приведенных доводов суды, принимая решение о квалификации мошеннических действий как совершенных не в процессе предпринимательской деятельности, также принимают во внимание достоверная или недостоверная информация предоставлялась потерпевшим лицам о причинах неисполнения договорных обязательств; учитывают поведение виновного лица, скрывалось ли оно от потерпевших лиц, избегало ли оно контактов с контрагентами, покидал ли оно на длительный срок рабочее место, а также предлагало ли привлекаемое к ответственности лицо контрагентам альтернативные схемы по исполнению заключенного договора. По мнению автора, данные обстоятельства в первую очередь должны оцениваться судом и правоохранительными органами на предмет наличия или отсутствия состава преступления, поскольку именно они являются прямыми свидетельствами, подтверждающими или опровергающими намерение предпринимателя исполнять договорные обязательства в момент их оформления.

Еще одна особенность, которая учитывается судами при квалификации мошенничества как совершенного в сфере предпринимательской деятельности – это реальность договорных обязательств, которые обязалось исполнить лицо.

В случае если предмет договора с потерпевшими был изначально выдуман, то есть изначально он не мог быть исполнен в силу объективных или субъективных причин, такие незаконные действия не могут рассматриваться как мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств. Фактическое отсутствие договорных обязательств является основанием для квалификации незаконных действий по части 1 – 4 статьи 159 УК РФ.

Сторона защиты в уголовных делах о мошенничестве в сфере предпринимательской деятельности нередко апеллирует к доводу об отсутствии состава преступления, поскольку обвиняемое лицо частично выполнило договорные обязательства.

Рассматривая схожие по обстоятельствам уголовные дела, судебные инстанции неоднократно приходили к выводам, что частичное выполнение работ не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденного состава преступления. Суды принимают доказательства, полученные на стадии предварительного следствия о том, что частичное исполнение договорных обязательств осуществлялось виновными лицами не с целью выполнения взятых на себя обязательств, а с целью убедить потерпевших в правомерности своих действий по изъятию у них денежных средств и/или имущества.

Следует отметить, что к таким выводам суды приходят на основании данных подтверждающих, что после частичного исполнения договора, сторона полностью прекратила какие-либо действия по исполнению сделки в оставшейся части при отсутствии на то объективных причин.

Кроме того, в судебной практике встречаются примеры, когда мошенничеством в сфере предпринимательской деятельности признаются действия полного исполнения предмета договора, но с нарушением договорных обязательств, в частности, требования о качестве продукции.

Так, например, вступившим в законную силу приговором суда являющееся единственным участником и директором хозяйственного общества лицо было признан виновным в преднамеренном неисполнении договорных обязательств по поставке новых труб для строительства жилого многоквартирного дома, поскольку им была осуществлена поставка труб, ранее находившихся в употреблении. Суммируя и резюмируя приведенные примеры, следует отметить, что практика привлечения к уголовной ответственности за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности имела и будет иметь самое широкое применение, что суды, постановляя обвинительные вердикты, не ограничиваются в признании преступлением лишь «стандартных схем» хищения имущества. Риски привлечения предпринимателя к уголовной ответственности нивелируются документальным обоснованием своих бизнес-решений, а также построением грамотной юридической позиции в противовес предъявляемым обвинениям.

Адвокатское бюро «Домкины и партнеры» Телефон / Факс.